«И дым отечества нам сладок и приятен…»

Слово «пожар» в последнее время всё благозвучнее сочетается со словом «Москва». «Москва и пожары» – звучит органично.

Ходят наполовину несерьёзные слухи о климатическом оружии, якобы применённом американцами, потому что именно в момент возникновения антициклона из США был запущен беспилотный космический корабль X-37B. «Американцы во всём виноваты, слышали последние новости?» – «Да нет, это исландский вулкан!» – «Нет, американцы, они уже не первый раз климатическое оружие испытывают, Европе-то ничего, а у нас вон какой ужас».

Вот такие слышу я пересуды, в которых предпочитаю не участвовать, потому что начну защищать Америку, а это вряд ли будет воспринято адекватно. К тому же главные проблемы – жаркое солнце и пожары – всё равно никуда не денутся. Не помогут и ссылки на прогнозы погоды, которые сейчас отличаются какой-то странной расплывчатостью – ну почему кто-то должен верить, что похолодание наступит через два дня, когда это уже несколько раз обещали в течение всего предыдущего месяца?

Ситуация с горящими торфяниками, которая вот уже целый месяц не меняется, продолжает напрягать людей, и я всё чаще и чаще слышу уже не только от посторонних, но и от друзей в Москве: «А не вы ли это затеяли? Хотите продолжения холодной войны?» «Кто это мы? – думаю про себя. – Я, скромная журналистка, или мои знакомые американцы – менеджеры, программисты, социальные работники?»

Так же, как и миф, что все в Америке богатые, теория сговора американцев против русских продолжает волновать умы уже не советских, а российских граждан. Получается, что даже в этой неформатной ситуации американцы оказываются виноватыми. Это как в анекдоте про золотые ложки, якобы украденные тёщей: «Нашли, но осадок остался».

Между тем «Нью-Йорк и взрывы» звучит не менее органично, чем «Москва и пожары».
 

Нью-Йорк, 2001 год, 11 сентября

Я прихожу на работу и первым делом отправляюсь за кофе. Маленький телевизор магазинчика по испаноязычному каналу показывает взрывающиеся башни Всемирного торгового центра. «Это что, кино?» – спрашиваю. «Да нет, прямой эфир», – отвечает продавец.

Возвращаюсь на работу, не понимая, что все это значит. Сидит мой сотрудник с лицом землистого оттенка и шепчет: «Там моя дочь, там моя дочь…» Мы его не утешаем, потому что просто нечего сказать. Позже выяснилось, что его дочь опоздала на работу.

Тогда очень многие русские выжили – кто опоздал, кто при первом взрыве покинул здание, хотя громкоговорители вещали, что тревоги нет и надо оставаться на местах. Послушные американцы остались, а русские – убежали. Они привыкли не верить общественным информационным источникам, выжить им помогла советская ментальность – не верить информации, спущенной свыше.

Москва, 2010 год, 9 августа

– А может быть это конец света? – рассуждают мои московские приятели, удобно расположившись в комфортабельных кондиционированных помещениях.

Действительно, ведь ничего не взрывают, это же не Аквапарк и не Норд-Ост: можно и подождать…

– А помните про предсказание конца света?

– Так ведь это не скоро, только в 2012 году обещали.

– Неужели ошиблись на два года?..

Москва 2 сентября 1812 года

Три четверти построек были истреблены пожаром, который начался сразу в нескольких концах города. Типичный поджог, который произошёл во время оккупации Москвы войсками Наполеона. Пожар охватил практически весь Земляной город и Белый, а также значительные территории на окраинах города. Пожар был, по всей видимости, спровоцирован отступающими русскими. Сработало – Наполеон пробыл в столице недолго, и через пять дней ретировался вместе с войском.

Может быть, завтра смог рассеется. Он, как надоевшая болячка, уйдёт, и все будут думать, что ушёл навсегда. Просто-напросто забудут о нём. «В хорошей стране и погода хорошая», – любил говаривать один знакомый музыкант. Он, путешествуя по всему миру, наблюдал в основном хорошую погоду за границей, вот и сделал такой странный вывод. Да нет, льют дожди в Австрии, и в Швеции небо вечно затянуто хмурой пеленой, в Испании летом случается под 50 градусов жары, да и в моём любимом Нью-Йорке лето тяжело-отдышливое.

Мои 10 лет в Америке, наверное, меня не изменили. Хочется что-то предпринимать – нет доверия к информационным источникам, даже если это вечный Гидрометцентр, обещающий дожди в следующий вторник. Моя школьная подруга, которая уже пять лет живёт в Нью-Джерси, уже улетела из Москвы обратно, хотя хотела остаться на всё лето: «Как вовремя мы летим, только бы самолёты ходили по расписанию». Неужели менять билет и улетать из-за какого-то тумана?.. А мне не хочется улетать, хотя есть куда. Так хотелось побыть здесь, на родине. А новая родина подождёт... Всего-то хочется нормальной, естественной погоды – так же, как и всего остального, что ей сопутствует. Например, естественной и приятной атмосферы, ведь так хочется скучать по своему родному городу – Москве, а не бежать из него на все четыре стороны, проклиная погоду, американский милитаризм и тёмные силы, которые последнее время нас по-настоящему злобно гнетут.

Скорее бы дождливая осень – добавит читатель и с тоской посмотрит на сиротливо валяющийся в шкафу зонтик...

Анна Генова