Скорее всего, о «библиотеке Шнеерсона» и связанных с ней проблемах большинство жителей России ничего не слышало вплоть до того дня, когда в СМИ появилось сообщение о сенсационном решении вашингтонского судьи Ройса Ламберта, согласно которому хранящаяся в Российской государственной библиотеке коллекция должна быть выдана американскому движению любавических хасидов «Хабад». После чего российский МИД вполне предсказуемо заявил, что ни о каком возврате в США этих книг речи не может быть в принципе. Однако автор этих строк узнал об этой библиотеке ещё осенью 1991 года, когда, возвращаясь вечером домой, увидел на ступеньках Ленинки пикет любавических хасидов, требующих вернуть библиотеку шестого любавического Ребе р. Йосефа-Ицхака Шнеерсона.

Начало этому собранию положил ещё раввин Шнеур-Залман из Ляд, который в 1772 году создал в Белоруссии новое еврейское религиозное течение, получившее название Хабад, или любавический хасидизм (от названия местечка Любавичи, служившего в XIX веке его «штаб-квартирой»). К началу ХХ века библиотека насчитывала около 12 тысяч еврейских религиозных книг, среди которых были уникальные издания начала XIX века, а также многочисленные рукописи. Её последним владельцем стал шестой глава движения, р. Йосеф-Ицхак Шнеерсон.

Покидая Любавичи в 1915 году, р. Шнеерсон сдал часть своей библиотеки на хранение в Москву, на книжный склад Персица и Полякова. В 1918 году эти книги были национализированы и поступили в Румянцевскую (будущую Ленинскую) библиотеку. Оставшуюся часть собрания р. Шнеерсон забрал из Любавичей в Ростов-на-Дону, и в 1927 г., покидая Россию, вывез за границу, где поселился сначала в Риге, а затем в Польше. В 1939 г. эти книги остались в Варшаве, откуда раввину пришлось спешно бежать, когда пришли немцы, и после войны поступили в Центральный государственный архив Красной армии в качестве трофея. Сам р. Шнеерсон получил убежище в США, где и скончался в 1950 году. Новым лидером любавических хасидов стал его зять р. Менахем-Мендель Шнеерсон (1902-1994), превративший Хабад в одно из ведущих течений современной иудейской ортодоксии, пользующееся значительным влиянием как в еврейском, так и в нееврейском мире.

Такова вкратце истории «коллекции Шнеерсона», борьбу за возвращение которой хасиды начали ещё в годы перестройки. Поначалу всё складывалось для них удачно: с притязаниями хасидов согласился Борис Ельцин, в 1991 году ещё советскими судами было принято несколько решений, обязывавших библиотеку и военный архив вернуть книги и рукописи Шнеерсона. Правда, выполнять эти судебные постановления никто не спешил, а тогдашний заведующий отделом рукописей ГБЛ Виктор Дерягин даже пригрозил сжечь себя вместе с коллекцией. Но многим тогда казалось, что книги всё-таки отдадут.

Всё изменилось в феврале 1992 года, когда арбитражный суд уже независимой России отменил решения предыдущих судов и объявил «коллекцию Шнеерсона» национальным достоянием. Помочь хасидам не смогли даже американские президенты Джордж Буш-старший и Билл Клинтон. Всё, что удалось, это получить в подарок одну книгу, которую в 1998 году увёз из Москвы вице-президент Альберт Гор.

В 2005 году сто сенаторов и большинство членов Конгресса США подписали официальное обращение к тогдашнему президенту России Владимиру Путину с просьбой содействовать возвращению книг Шнеерсона. Официально об ответе не сообщалось.

Отчаявшись найти правду в российском суде, хасиды обратились в американский. И там им повезло больше: в июле этого года Ройс Ламберт, федеральный судья в Вашингтоне, постановил, что книги принадлежат «Хабаду», поэтому российская сторона должна в тридцатидневный срок доставить их в американское посольство в Москве.

Адвокаты, представлявшие российскую сторону, в ходе процесса оспаривали сам факт подсудности этого спора американскому суду. Однако судья отклонил этот довод, сославшись на американский закон «Об иностранных суверенных иммунитетах», согласно которому суверенное государство не обладает иммунитетом по искам в отношении собственности, приобретённой с нарушением международного права.

Настойчивость хасидов, безусловно, можно понять. Возвращение «коллекции Шнеерсона» для них – вопрос не денег и даже не престижа. Библиотека имеет большое религиозное значение: книги, которые держали в руках духовные лидеры движения, обладают в их глазах огромной святостью и фактически имеют статус реликвий. Однако и позиция российской стороны достаточно логична. Как нетрудно догадаться, помимо «коллекции Шнеерсона», в книжных фондах российских библиотек хранятся десятки, если не сотни, национализированных и трофейных собраний. Поэтому если сейчас удовлетворить иск Хабада, завтра с аналогичными претензиями выступят и другие наследники. И одному Богу известно, какие последствия это будет иметь для российских книжных и других фондов.

Разумеется, решение американского суда никого в России не обязывает, и судебный исполнителей никто из Вашингтона в РГБ не пошлёт. Согласно статье 409 Гражданского процессуального кодекса России «решения иностранных судов... признаются и исполняются в Российской Федерации, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации», а между Россией и США такого договора нет. Вместе с тем этот вердикт может стать сильным козырем в руках американских хасидов, которые при желании могут сильно подпортить России кровь, например, требуя ареста российской собственности за границей в случае невыполнения решения американского суда.

Впрочем, сильно сомневаюсь, что фронтальное столкновение в данном случае будет в интересах хасидов. Вернуть библиотеку это не поможет, зато может поставить в крайне неприятное положение главного раввина России Берла Лазара, который, как известно, также является любавическим хасидом. За годы пребывания в России Лазару удалось наладить плодотворное и взаимовыгодное сотрудничество с российскими властями, которое, естественно, окажется под угрозой, если американский «Хабад» решит действовать напролом. 

Российские хасиды, похоже, это хорошо понимают, и в своё время пытались удержать заокеанских единоверцев от слишком резких движений. Ещё весной этого года руководитель Департамента общественных связей Федерации еврейских общин России Борух Горин в интервью американской еврейской газете «Мы здесь» заявил: «Отсюда всё это выглядит шантажом, и я не думаю, что это будет способствовать делу освобождения библиотеки и улучшению отношений между всемирной еврейской общиной и российскими властями. Единственный путь решить проблему и вернуть библиотеку в Бруклин – это добрая воля. Россия – не та страна, которую можно запугать».

В общем, эскалация конфликта вокруг коллекции Шнеерсона не пойдёт на пользу никому. Поэтому в идеале хотелось бы, чтобы стороны смогли прийти к компромиссу – например, решив построить для этого собрание отдельное российское хранилище, которое одновременно служило бы синагогой или хасидским домом учения. Попытки же решить дело силой лишь уменьшают шансы на подобный исход.

Михаил Аронов