RUS
EN
 / Главная / Публикации / Русские судьбы на европейских погостах

Русские судьбы на европейских погостах

Сергей Виноградов16.10.2019

Игорь Егоров, обычный школьный учитель из подмосковного наукограда Пущино, уже много лет проводит свои отпуска в поездках по Европе, где он занимается поисками могил русских белоэмигрантов и разыскивает информацию о забытых фигурах русского зарубежья. Рядом всегда верный помощник – жена Ануш. К этим поискам педагог активно приобщает и своих учеников.

Статьи Игоря Егорова на исторических интернет-форумах и в СМИ, российских и европейских, вызывают большой интерес у тех, кто увлечён историей эмиграции первой волны. «Что меня волнует в этой теме? Наверное трагизм и загадочность русской истории, судеб русских людей, – рассказал он «Русскому миру». – Куда только не заносила нас судьба, где только не лежат русские косточки».

За годы своих исследований он познакомился с биографиями самых разных русских эмигрантов. Кроме счастливых. «Генералы и полковники работали таксистами и грузчиками, – говорит учитель. – В Париже и Стамбуле в 1920-е годы шофёр была русской профессией».

Игорь Егоров. На русском военном кладбище в Сент-Илер-ле-Гран, Франция.

Генерал из соседнего села

Пытаясь узнать что-то новое о русских эмигрантах, Игорь Егоров не раз сталкивался с тем, что за сведениями нужно не на самолёте лететь, а на электричке или пригородном автобусе можно доехать.

Во время своего последнего путешествия, оказавшись в Люксембурге, он нашёл могилы с русскими фамилиями на кладбище города Мертерта. Среди них исследователь нашёл захоронение генерала Михаила Ползикова. Ползиковы – фамилия известная, в особенности тем, кто изучает историю российской армии. Вернувшись домой, Игорь твёрдо решил составить биографию генерала, командовавшего крупными подразделениями в Первую мировую и Гражданскую войны, но нашедшего покой в одной из самых маленьких и спокойных стран Европы.

Выяснилось, что фамилию Ползикова можно встретить не только в книгах и архивах, но даже в автомобильном навигаторе. Деревня Ползиково Тульской губернии, в которой родился будущий генерал, существует по сей день и находится в нескольких десятках километров от Пущино, где живёт Игорь Егоров. Статью о генерале Ползикове, который блестяще проявил себя в Первую мировую, получив несколько званий и пять орденов Российской империи, опубликовал сайт «Русский Люксембург». Более того, публикация открыла новый раздел «История русского зарубежья в Люксембурге».

«Европу изъездил почти целиком»

 Историей я увлекался с детства, как и литературой, и географией, – рассказывает педагог. – Я из того поколения, которое читало книжки, искало клады. Интерес к белогвардейской теме возник, я думаю, в годы перестройки, когда появились новые тексты, документы. Бунин появился в более полном объёме, Мережковский, Гиппиус. Через символистов и наших эмигрантских писателей я ушёл в историю. Ездить я начал в 2000-х годах. Журналисты написали, что я объездил полмира. Это преувеличение. Мои поездки ограничиваются Европой – правда, её я изъездил практически целиком.

В число стран, интересных с точки зрения истории русской эмиграции, Игорь Егоров включает Францию, Германию, Люксембург, Лихтенштейн, Армению, Грузию. «Есть мечта побывать в Тунисе, где закончила свои дни Русская эскадра, и увидеть восстановленный Галлипольский мемориал в Турции. Один раз я добирался туда, но тогда там фактически была свалка» говорит он.

В Боснии

По словам Егорова, к некоторым захоронениям он едет специально, предварительно изучив вопрос, а на некоторые натыкается случайно. «Моими первыми русскими могилами за рубежом были захоронения в Финляндии, – рассказал он. – Мой однокурсник живёт в Хельсинки, и он показал мне могилы купцов Синебрюховых и русских военнопленных».

Сейчас исследователь сконцентрировался на изучении Первой мировой войны, одной из самых трагических страниц русской истории, и Гражданской войны. «Что я делаю на кладбищах? Нередко просто хожу и ищу надгробья с русскими фамилиями, записываю их, чтобы попытаться узнать о человеке и его судьбе, – говорит он. – Конечно, навещаю могилы тех, кого знаю и уважаю. И ищу захоронения людей, о которых читал. Недавно в Париже искал могилы сыновей писателя Даниила Андреева – кого-то нашёл, кого-то нет. Зато разыскал могилу Николая Булгакова, родного брата Михаила Булгакова. В двух шагах от Бунина лежит. Ещё ищу внука художника Поленова, но пока безрезультатно».

Русская Франция

Для исследователя судеб русских эмигрантов первой волны Франция – земля обетованная. «Ещё в начале 1990-х годов я купил дешёвый автобусный тур в Париж, чтобы попасть на легендарное Сент-Женевьев-де-Буа, главное кладбище русской эмиграции, – вспоминает учитель. – Огромное кладбище, настоящий город. Его посещение произвело на меня сильнейшее впечатление, я пересмотрел многие из своих убеждений. Бунин, Мережковский, Романовы, Юсуповы… Великие люди и простые русские люди – там лежат все. Я веду там поиски, но это непросто – со служащими трудно изъясняться, и книги у них неполные. Да и могилы исчезают. Когда срок аренды заканчивается и не продлевается, следуют новые захоронения на этом месте. Поэтому среди русских могил всё больше французских, китайских, вьетнамских».

Чтобы обозначить своё уважение к этим людям и принести им кусочек утраченной родины, Игорь Егоров придумал класть на могилы эмигрантов монеты из России и цветы. В прежние годы он мешками возил с собой советские монеты – копейки, пятачки. Но русских могил встречалось так много, что мешочки расходились очень быстро. «Таможенники удивились моему багажу,  вспоминает Игорь. – Я объяснил, зачем столько монет. Тогда они удивились ещё больше, но, кажется, поверили чудакам и пропустили». Сейчас он повязывает на могилы георгиевские ленточки.

На русские памятники Игорь повязывает георгиевские ленты

Отдельная часть путешествий Игоря Егорова – общение с потомками русских эмигрантов. «В большинстве своём эти люди хорошо ассимилировались, но русских корней они не забывают, – говорит он. – Многие рассказывают, что семьи их родителей и других предков жили нелегко, но не бедствовали. Представители знатных родов уезжали не с пустыми руками, их семьи жили в относительном достатке. Другие вынуждены были работать подчас на самых чёрных работах. Но в любом случае и для тех, и для других вынужденный отъезд был трагедией».

Во время одной из поездок Егоров познакомился с Татьяной Борисовной Маретт-Флоровой, одним из самых активных деятелей русской общины Франции. Случайно встретились на Сент-Женевьев-де-Буа и разговорились. «Для неё и других представителей старшего поколения Россия и русская культура были очень важны,  продолжает Игорь. – Они считали, что сохраняют русскую культуру за рубежом. Но я сталкивался с тем, что на Россию у них несколько идеализированный, пряничный взгляд. В особенности у тех, чьи родители не застали ужасы Гражданской войны и не рассказывали своим детям о тех временах. Много было встреч. Мне удалось поговорить со стариками, которые говорили на бунинском русском языке, а их внуки и правнуки играли в футбол поблизости, и по-русски могли сказать только "здравствуйте" и "до свидания"».

Об открытиях, находках и встречах на Сент-Женевьев-де-Буа Игорь Егоров может написать книгу. «Однажды ко мне подошёл француз и заговорил по-русски, – вспоминает он. – Я поначалу думал, что он денег хочет попросить. Но выяснилось, что он муж русской эмигрантки, и в тот момент ждал, когда она помолится и выйдет из храма. Он изложил мне собственный взгляд на русскую историю, очень жалел эмигрантов, было любопытно».

Автобусных туров Игорь Егоров давно не покупает. На пятом десятке сдал на права, купил машину и ездит по Европе на своих колёсах. Когда во Франции или других странах Западной Европы люди видят на госномере российский флажок, удивляются – как далеко забрались, молодцы. «Люди везде хорошие, доброжелательные, каких-то серьёзных ЧП у нас не было, –рассказывает Игорь. – Бывая в разных странах, мы, конечно, видели неприятные плакаты или журналы с антироссийскими статьями, но по отношению к себе никогда не встречали негатива по политическим причинам. На Западной Украине был неприятный инцидент, но в Польше или Прибалтике ни с чем подобным не сталкивались».

Российские школьники и иностранные друзья

Своими открытиями Игорь Егоров делится с читателями исторических форумов и своими школьниками. Те слушают с открытым ртом. Игорь преподаёт русский язык и литературу, и судьбы русских эмигрантов подчас помогают лучше объяснить биографию писателя или раскрыть скрытый смысл произведения. «На днях изучали с ребятами биографию Пушкина, а мы с женой недавно побывали в местах, где похоронен Жорж Дантес и Екатерина Гончарова, старшая сестра Натальи Гончаровой, – говорит Игорь. – На уроке я показал свои фотографии из Царского села и могилы Дантеса и Гончаровой».

Истории белоэмигрантов учитель перерассказывает старшеклассникам, стараясь донести трагизм русской истории и её противоречия. «Показываю, что в истории не может быть однозначности, и не всё так гладко, как написано в некоторых учебниках», – говорит он.

Со своим учителем ребята путешествуют по России, ближнему и дальнему зарубежью. В белорусском Бресте (вверху), в Стамбуле (внизу)

Молодёжного клуба Игорь Егоров не открывал, но сама собой родилась идея возить группу из 10-15 школьников, которым интересна эта тема, по России и за рубеж – на места, связанные с историей Первой мировой и Гражданской войн.

«Мы побывали в Германии, Чехии, Польше, Турции, Белоруссии и по России много ездили – Санкт-Петербург, города "Золотого кольца",  рассказывает педагог. – Ездим туда, где раньше сами были и можем что-то рассказать и показать. Заглядываем и на места погребений русских эмигрантов. Ребята видят – тут лежат белогвардейские офицеры, а неподалёку красноармейцы. Наглядный пример того, что история неоднозначна. Ребятам очень нравятся эти поездки, некоторые ездят по нескольку раз».

За годы путешествий Егоровы обрели друзей в разных странах Европы. Благодаря Игорю и Ануш многие из них впервые посетили Россию, некоторые – преодолевая страх.

 Прошлым летом мы уговорили наших польских друзей приехать в эту «страшную Россию»,  рассказывает он. – Муж – политолог, жена – военный психолог, прибыли с детьми. Ехали через Эстонию, боялись пересекать границу, просили их встретить. После двух недель жизни в России, посещения Москвы и Санкт-Петербурга, поляки признались, что очарованы нашей страной. Мы сами проводили экскурсии, прошли маршрутом Раскольникова. Их дочка начала изучать русский язык и уже читает Достоевского, том которого мы подарили.  

Также по теме

Новые публикации

Довольно большой пласт лексики русского языка сопряжён с запахами, обонянием, ведь это один из важнейших путей познания окружающего мира. Способность воспринимать запахи называется обонянием. Это русское слово исторически родственно старославянскому вОня, по-нашему вонь, только нужно отметить, что значение у этого слова было далеко от современного…
Накануне Нового года в Индонезии открылся Центр образования на русском языке и обучения русскому языку. Центр является совместным проектом Московского педагогического государственного университета и Центра содействия межнациональному образованию «Этносфера». И. о. декана факультета регионоведения и этнокультурного образования МПГУ Елена Омельченко рассказала, почему такой центр открылся именно в Индонезии и на кого он рассчитан.
Власти и общественники Крыма намерены популяризировать украинский язык, который является в регионе одним из государственных: для этого на полуострове проведут форум, круглые столы и выставки. Также в 2020 году в Крыму планируют издать газету и запустить программу на украинском языке на региональном телевидении.
В России студенты из других стран имеют две возможности подработать: в вузе, где учатся, или на каникулах. Парламентарии предлагают расширить их права на трудоустройство и разрешить оформлять трудовые договоры. Законопроект, принятый 21 января Госдумой во втором чтении, должен облегчить жизнь иностранным ученикам отечественных образовательных учреждений, а значит, повысить престиж учёбы в нашем государстве.
Празднование 200-летия открытия Антарктиды русскими мореплавателями Фаддеем Беллинсгаузеном и Михаилом Лазаревым стало в России событием национального масштаба. Ведущие музеи и библиотеки страны в столице и регионах посвятили юбилею масштабные выставки. «Русский мир», готовя обзор выставок, не мог не отметить их разнообразие.
Чтобы узнать, кто чей сын или дочь, иногда не нужно заглядывать в родословную, достаточно взглянуть на фамилию. Всем известно, что во многих русских фамилиях суффиксы –ов, -ев, -ин означают принадлежность к роду того, чьё имя, прозвище или род занятий названы в корне. А как дело обстоит в других языках?
В Доме русского зарубежья им. А. И. Солженицына открылась выставка художника-иллюстратора Леонида Козлова, на которой представлены картины, вошедшие во второй том проекта «Русское зарубежье. Великие соотечественники». Как обещают авторы издания, второй том выйдет уже в ближайшее время, и там будут представлены имена (многие из которых уже забыты на родине) из всех трёх волн русской эмиграции XX века.
Погода ненастная, время простудное, повсюду реклама лекарств от всевозможных болячек, и потому ипохондриков развелось великое множество. В литературе есть замечательный пример ипохондрика, обнаружившего у себя признаки всех заболеваний, о которых он прочитал в медицинском справочнике: герой романа «Трое в лодке, не считая собаки»…